18+
Газета СК - на главную

7 этажей истории

Владимир Миронов в архивной топографии ориентируется, как у себя дома.

В 1991 году фонд советских документов в Ульяновской области мог быть уничтожен или отправлен в неизвестном направлении. Сотрудники партийного архива обкома КПСС в буквальном смысле слова держали осаду, не допуская его разгрома. Но всего в течение месяца судьба организации была решена – она вошла в состав государственной архивной службы, и все документы уцелели. Поводом для разговора о работе Государственного архива новейшей истории (ГАНИ), преемника партийного архива, стало 70-летие его последнего директора Владимира Миронова. Отметив юбилей, Владимир Николаевич перешел на должность замдиректора и сейчас готовится встретить нового, молодого, руководителя.

Секретные материалы на расстоянии вытянутой руки

 В компании с Владимиром Николаевичем и главным хранителем архива, исполняющей обязанности директора ГАНИ Мариной Остряковой мы поднимаемся в одно из хранилищ. Кстати, сюда может попасть далеко не любой посетитель и даже не каждый сотрудник самого архива. Еще меньшее количество специалистов имеет право брать документы и изучать их.

А к материалам секретным и особо секретным имеют допуск всего 16 экспертов – специалистов из разных ведомств (в том числе из УВД, ФСБ, военкомата и других) со второй и третьей формами допуска. Они являются членами межведомственной комиссии по рассекречиванию документов при Министерстве искусства и культурной политики региона.

Естественно, ни один секретный документ мне не показывают, но мы стоим рядом с ними, на расстоянии вытянутой руки. Впрочем, пройдет еще семь лет, и доступ будет ограничен лишь к информации конфиденциального характера, связанной с персональными данными. Но и доступ к этим документам ограничен не навсегда, а лишь на 75 лет со дня их составления.

При пожаре – газ, при эвакуации – Сурское

 ГАНИ располагается в здании, аналогов которому в Ульяновской области нет. Оно построено по типовому для советских архивов проекту. На первом этаже размещаются кабинеты сотрудников. На остальных шести этажах хранятся документы обкома, горкома, райкомов КПСС, горкома и райкомов ВЛКСМ, а также ликвидированных организаций. Кроме того, архив пополняется документами 68-ми ныне работающих организаций региона и материалами выдающихся личностей.

Три хранилища представляют из себя двухэтажные помещения, частично разделенные. Находясь на втором этаже, мы видим стеллажи третьего этажа – металлические перекрытия не полностью разделяют пространство. В хранилищах не видно электропроводов – все они скрыты, нет ни выключателей, ни розеток – работник включает освещение снаружи, за металлической дверью. Свет здесь включают только на время, когда в хранилище находится сотрудник. Лампочки «упакованы» в закрытые плафоны, а ближайшие короба с документами расположены на расстоянии не менее 50 сантиметров от них.

Небольшие окна-бойницы загорожены, чтобы в помещение не проникал солнечный свет. Документы подшиты в дела, а дела сложены в картонные короба. Все это нужно для поддержания микроклимата и обеспечения противопожарной безопасности. Требования очень строгие: температура должна сохраняться в пределах 17-19 градусов тепла, влажность – от 50 до 55 процентов. В 1983 году, когда здание архива было построено, система вентиляции справлялась со своей задачей, сейчас ее приходится серьезно модернизировать.

Если вдруг случится пожар, для его тушения не подойдут ни вода, ни пена – все это губительно для документов. Идеален для архива углекислый газ. Он заполнит все хранилища за 40-60 секунд, но, прежде чем его пускать, нужно срочно эвакуировать людей: для них углекислый газ смертельно опасен.

Миронов поясняет, в чем особенность партийных документов советского времени: история партии и государства переплетены, не отрывны друг от друга. Партия интересовалась всеми отраслями страны и жизни людей. Сельское хозяйство, образование, культура – все рассматривалось на многочисленных заседаниях. В последнее время областные ведомства, областное правительство обращается с просьбами предоставить самую разную информацию.

Например, как сдавали нормы ГТО, как готовились к посевной, как реализовывали программу «Забота». Перенимать опыт прошлого правильнее, чем изобретать велосипед. Правда, не всегда инициатива приводит к реальным делам.

Революционера Генриха Ягоду жандармы Симбирска искали
по дактилоскопической карточке из Московского охранного отделения.

Сложно представить, сколько документов лежит на высоких металлических стеллажах ГАНИ. Острякова называет число: 671 тысяча единиц хранения. Но единица хранения – это не один документ, фотография или лист бумаги с печатью. Это дело, папка, в которой может быть самое разное количество страниц. Для того, чтобы можно было найти любую «иголку» в стогу этих дел, разработана самая настоящая топография, от системы шифра до справочных материалов с краткой описью содержания документов. «Фонд №8, опись №95, дело №102» – такая запись дает понять архивариусу, на какой этаж, к какому стеллажу ему идти. Завершив работу с документом, нужно вернуть его строго на его место. Положишь «не туда» – пиши пропало, потом это дело никто не найдет.

Фонд №8 – это архив обкома КПСС Ульяновской области, самый многочисленный, отнесенный к категории особой ценности. Стеллажи фонда №8 помечены полосой – это значит, что в случае чрезвычайного происшествия, если потребуется эвакуация ГАНИ, эти документы должны быть вывезены в первую очередь.

Место для него зарезервировано в одном из районов Ульяновской области. Там же определено и место жительства для директора архива – дом с хозяйкой. В состав этого фонда, а также фонда горкома партии входят документы секретного или совершенно секретного характера, которые ежегодно рассекречивают.

Сейчас идет работа над делами 1984 года, впереди еще семь «засекреченных» лет. То есть к 2022 году весь архив обкома КПСС должен стать открытым для широкого круга людей.

Повторюсь, за исключением документов, связанных с персональными данными.

- Я являюсь экспертом по рассекречиванию архива обкома КПСС Ульяновской области, рассказывает Владимир Николаевич. – Сам так попросил, потому что работал в обкоме заместителем заведующего отделом науки. Я изучаю документы, среди которых есть подготовленные или подписанные мной. Они никуда не делись, не были спрятаны или исправлены. Я, как сви-детель и участник заседаний обкома партии, вижу, что в документах отражены реальные события, вплоть до объявления выговоров членам партии и исключения из партии. В настоящее время такой традиции нет.

Альбом с отпечатками пальцев нашли на улице Сотрудники ГАНИ считают своим долгом не только выполнять госзадание и, например, выдавать справки по запросам социально-правового характера (таких запросов за год бывает свыше 4000!). Одной из главных своих задач они считают популяризацию истории: готовят выставки, выкладывают информацию на сайте, публикуют книги, альбомы, календари.

В принцип возведена позиция публиковать документы таковыми, какими они написаны без трактовок, суждений и предположений. И если в книгах появляются факты, показывающие СССР не с лучшей стороны, то это вовсе не связано с желанием кого-то из сотрудников архива добавить скандальности изданию и таким образом привлечь к нему внимание. Такие документы архивисты «специально» не ищут. Они просто есть. Например, о фактах воровства, дезертирства, судах и расстрелах в годы Великой Отечественной войны.

Хотя ГАНИ призван охватить время с 1917 года, в нем хранятся и документы дореволюционные. Интересна история появления в архиве внушительного альбома с дактилоскопическими картами лиц, разыскиваемых симбирским жандармским управлением в 1902-1907 годах.

В годы революций в Симбирске тоже было неспокойно, не было привычного порядка, и чтото пропадало – документы могли пойти на растопку, их выбрасывали за ненадобностью и специально уничтожали. Этот альбом с фотографиями, вырезками из газет и отпечатками пальцев нашел на улице красноармеец Дмитрий Перкин и отдал в дар Симбирскому музею русской революции. Среди лиц – политических и уголовных преступников – есть и карточка революционера Генриха Ягоды, разыскиваемого Московским охранным отделением.

ГАНИ не только хранит страницы прошлого, но и постоянно пополняет фонд документами как организаций, так и выдающихся личностей. Например, сюда переданы личные документы Николая Васильевича Семина, 16 лет руководившего ульяновской школой №1, народного учителя СССР, участника Великой Отечественной войны, служившего в контрразведке. Здесь хранится Почетная грамота народного артиста РСФСР Анатолия Устюжанинова: Острякова поясняет, что такое звание было довольно редким. Сюда же сдал свой личный архив и сам Миронов, отдавший ГАНИ девять лет и продолжающий здесь работать в должности заместителя директора.

Подлинники оцифровываются, но не устаревают

 Как и многие организации, ГАНИ занимается оцифровкой документов – сейчас идет работа над справочным материалом. Их появление на сайте оценили люди, которые приходят в архив, уже зная, что документы по интересующим их вопросам здесь есть. А данные помогают архивариусам найти их и выдать быстрее, чем раньше. Приобретен сервер для хранения информации в электронном виде. В первую очередь на нем разместят документы особой ценности. Для того, чтобы оцифровать весь архив, нужно 400 миллионов рублей, поэтому, видимо, работа завершится еще нескоро. Хотя, например, в Самарской области и Татарстане оцифровка подобных архивов уже завершена.

- Мы храним подлинники, – с гордостью говорят в ГАНИ.

И даже тогда, когда весь архив будет переведен в электронный формат и размещен на сайте в открытом доступе, все эти шесть этажей фондов и дел никуда не денутся. Не уйти от бумаги, когда имеешь дело с историей. Какой бы продвинутой ни была техника, подлинник важнее всего. Он стареет, но не устаревает – к нему вновь и вновь обратятся историки, школьники, студенты новых поколений. Отложить прошлое, забыть о нем, разрушить до основания, а затем создавать на пустом месте новое – невозможно. Поэтому в ГАНИ надеются, что не зря делают свою работу.

Дата публикации: 18-08-2015 Автор: Анна Школьная

7.61MB | MySQL:36 | 3.318sec